All articles

«В ЕС и США нет дефицита финансовых продуктов, а в России — есть»

Director, Capital markets Andrey Arzhanukhin

Published on Деньги

25 /02 2021

Идея разделять инвесторов на квалифицированных и неквалифицированных, безусловно, не нова. В США о защите частного инвестора задумались впервые почти 100 лет назад после Великой депрессии. Сегодня, чтобы получить этот статус, необходимо в течение предшествующих двух лет располагать собственным или совместным с супругом капиталом от $1 млн, а также доходом, превышающим $200 тыс., или совместным доходом с супругом, превышающим $300 тыс. В качестве альтернативы рассматривался сертификат, или профессия, дающая соответствующие знания. Инвесторы, которые отвечают хотя бы одному из этих критериев, получают доступ к широкой палитре сложных финансовых инструментов, таких как венчурные и прямые инвестиции, хедж-фонды и пр. Таких инвесторов в США более 13,6 млн, или около 10,6% домохозяйств, чье совокупное состояние составляет $73,3 трлн.

В Евросоюзе процесс квалификации инвесторов также начался с кризиса, но гораздо позже — в 2008 году. В своем нынешнем состоянии он представляет директиву Евросоюза «O рынках финансовых инструментов» — MiFID (The Markets in Financial Instruments Directive), которая регулирует процесс признания инвестора квалифицированным. Действие документа распространяется на 30 стран ЕС и Европейской экономической зоны. Главная его цель — регулировать прозрачность отчетности по операциям с акциями и производными инструментами. При этом квалификация инвестора — не пожизненная, а сроком на 24 месяца, по истечении которых ее необходимо подтвердить.

В документе определяется три уровня инвесторов — розничный и два вида профессиональных.

Elective professional — физические лица, обладающие опытом и капиталом от €500 тыс. или возможностью проводить транзакции не реже 10 раз в квартал на сумму от €10 тыс. каждая. Именно эта категория является аналогом понятия «квалифицированный инвестор» в России.

Per Se Professional — институциональные клиенты, квалифицированные в силу наличия профессиональной подготовки и опыта. Ими могут стать компании, работающие на финансовых рынках, национальные или региональные правительства, центральные банки, международные организации, а также институциональные инвесторы, чья деятельность связана с инвестициями в финансовые инструменты. При этом размер собственных средств должен превышать €2 млн, средства на балансе — €20 млн, а чистый оборот — €40 млн.

Розничным или неквалифицированным инвесторам запрещается рекомендовать инструменты с плечом или низкой ликвидностью в объеме, превышающем 10% от чистых активов клиента, то есть за вычетом жилья и пенсионных накоплений. Кроме этого, ограничено предложение сложных облигационных продуктов, деривативов, прямых и альтернативных инвестиций.

Предложение в Европе для квалифицированных инвесторов гораздо шире, чем в России. Так, например, клиентам крупных международных банков доступны инвестиции в хедж-фонды, конвертируемые облигации, прямые инвестиции, фонды недвижимости и многое другое, что отечественные Private Banking на регулярной основе не поддерживают. Это происходит по нескольким причинам — во-первых, российское законодательство не всегда может регулировать те или иные юридические конструкции продукта. Во-вторых, высокосостоятельные граждане зачастую большую часть своих средств хранят за рубежом (по различным оценкам, около 70%). В-третьих, маржинальность столь популярных в России структурированных нот и инвестиционного страхования жизни зачастую превышает 3–5% от инвестированной суммы и не очень мотивирует российские банки расширять продуктовую линейку. Для сравнения: маржинальность конвертируемых облигаций или хедж-фондов в международных банках составляет 0,5% и 1% соответственно.

Существенная разница в комиссиях может быть обусловлена гораздо меньшим объемом рынка и меньшей конкуренцией. Особенно это ощущается в новых продуктовых категориях, например в фондах коммерческой недвижимости. Объем российского рынка исчисляется сотнями миллионов долларов, в то время как в США объем только публичных фондов составляет около $2 трлн. Количество компаний, имеющих экспертизу на этом секторе, отличается еще более разительно — отдельные первопроходцы в России против развитой индустрии в Европе и США. Согласно данным аналитического центра NAREIT, около 145 млн американцев инвестируют в коммерческую недвижимость через инвестиционные фонды.